Израильский Кнессет утвердил закон, вводящий обязательную смертную казнь для палестинцев, осужденных за теракты с летальным исходом. Бывшая глава внешнеполитического ведомства ЮАР Наледи Пандор уже провела жесткую параллель между этой мерой и правовым наследием эпохи апартеида и колониализма середины 1930-х годов.
Механика приговора: петля по умолчанию
Новый закон, принятый большинством в 62 голоса против 48, фактически лишает судей выбора. Теперь для палестинцев, признанных военными трибуналами виновными в актах терроризма со смертельным исходом, повешение становится мерой наказания по умолчанию. На исполнение приговора отводится 90 дней с возможностью отсрочки до полугода. Глава правительства Биньямин Нетаньяху инициативу поддержал.
Главным идеологом нововведения стал министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир. Рассуждая о методах казни, он упоминал не только виселицу, но и электрический стул или смертельную инъекцию, заявляя, что некоторые медики уже выразили готовность ассистировать. Сторонники закона из числа парламентариев настаивают: пожизненный срок не гарантирует безопасности. В качестве примера они приводят случай участника нападения 7 октября, который ранее вышел на свободу по обмену, отбывая срок за убийство.
Тень апартеида и критика из Претории
Наледи Пандор, ранее координировавшая юридическую борьбу против Израиля в Международном суде ООН, назвала принятый акт «злом» и ударом по демократии. Она сравнила израильскую инициативу с британскими колониальными нормами и практиками раннего апартеида 1935 года. Тогда в Южной Африке смертная казнь была обязательной для чернокожего населения, а суды были лишены права на альтернативный вердикт. По словам Пандор, принятие закона сопровождалось ликованием и распитием шампанского в стенах парламента.
Дипломат подчеркнула, что закон подменяет собой полноценное правосудие. Отнимая у судов право на дискрецию, государство лишь подтверждает обвинения в создании системы апартеида. Пандор назвала действия Кнессета позорными, отметив, что такие меры ставят крест на независимости судебной оценки.
Мировая реакция: на грани военного преступления
Верховный комиссар ООН по правам человека Фолькер Тюрк прямо назвал закон дискриминационным, подчеркнув, что его применение станет военным преступлением. Эксперты организации напоминают: обязательные смертные приговоры запрещены Международным пактом о гражданских и политических правах. Израиль ратифицировал этот документ еще в 1991 году, а автоматизм в вопросах жизни и смерти международное право трактует как произвол.
Правозащитники бьют тревогу из-за селективности закона, который таргетирует конкретную этническую группу — палестинцев. В ООН заявляют, что палестинское население на оккупированных территориях фактически лишается правовой защиты. Международное сообщество призывает Верховный суд Израиля заблокировать закон и признать его недействительным до того, как будет приведен в исполнение первый приговор.
Этот юридический конфликт разворачивается на фоне продолжающегося разбирательства в Международном суде ООН, где ЮАР обвиняет Израиль в нарушении Конвенции о геноциде и требует немедленной остановки боевых действий в секторе Газа.
