Гибель Али Хаменеи в результате авиаудара США и Израиля 28 февраля 2026 года стала точкой невозврата для иранской политики. Уже 8 марта Совет экспертов провозгласил новым верховным лидером его 56-летнего сына, Моджтабу Хаменеи. По оценкам западных аналитиков, этот транзит власти окончательно закрепил доминирование радикальных консерваторов и Корпуса стражей исламской революции (КСИР).
Вопрос легитимности и преемственности
Моджтабу Хаменеи прочили в преемники последние несколько лет, хотя его отец так и не решился официально благословить сына при жизни. Старого лидера сдерживал риск: превращение республики в де-факто монархию вызывает острое недовольство у шиитского духовенства. Тем не менее, в критический момент воля силовых элит перевесила теологические споры, и назначение состоялось вопреки существующим сомнениям в его законности.
Ужесточение внутренней и внешней политики
Новое руководство Ирана не ищет компромиссов. Война не ослабила режим, а, напротив, развязала руки сторонникам жесткой линии. Внутри страны власти усиливают давление на инакомыслящих, превращая борьбу с несогласными в масштабную кампанию преследований. На внешней арене Тегеран занял подчеркнуто агрессивную позицию, практически вычеркнув инструменты дипломатии из своего арсенала.
Ключевые фигуры нового режима
Вместе с Моджтабой Хаменеи на политический олимп взошли влиятельные представители силового блока и военного руководства. Сегодняшняя вертикаль власти в Иране держится на штыках генералитета. Влияние Корпуса стражей исламской революции в государственной системе стало абсолютным — после гибели предыдущего лидера именно эта структура превратилась в главный становой хребет режима.
